Девятиклассники не умеют говорить, но их ждет еще один устный экзамен
Девятиклассников — не нынешних, а в будущем году — ждет еще одно новшество: у них появится еще один устный допуск к ОГЭ. На сей раз по истории (собеседование-допуск по русскому языку уже есть). Хорошо, конечно, если после 9-го класса молодые люди знают, кто такие Ленин и Хрущев, а также могут расставить правителей династии Романовых в хронологическом порядке. Однако им придется рассказать всё это устно — как говорится, словами через рот, — а с этим большие проблемы: собеседование-допуск дети сдают далеко не блестяще.
Ясна отправная точка для нововведения. Много лет назад юмористическое пространство Рунета заполонили «ответы на историю». Юношей и девушек спрашивали, кто такой Ленин, что за революция случилась в октябре 1917 года, кто был последним царем и прочее. А они ни в зуб ногой. Самые фантастические версии «устами младенцев» выдвигались о Рузвельте и Сталине, Хрущеве, Карибском кризисе, даже о победе во Второй мировой войне.
Правда, тут есть нюанс — специфика нынешнего поколения школьников. Сегодняшние девятиклассники родились в 2010–2012 годах, это самые старшие дети поколения альфа. И уже доказано, что альфы не похожи ни на кого из своих предшественников — до такой степени, что можно судить о новом витке эволюции человека. Это первое поколение гаджетов во всей красе. Дети, люди будущего, которые сейчас оканчивают 9-й класс, — визуалы. Они поглощают зрительную информацию, да еще раздробленную на минутные ролики. Да еще и крутят ее в мозгу в двух-, а иногда и четырехкратном ускорении.
И такие теоретические выкладки многие современные родители, включая автора, могут засвидетельствовать. Если войти в берлогу подростка, то кроме впечатляющего бедлама, конечно, увидишь чадо «многоглазым и многоруким». В одной руке смартфон, на коленях планшет, перед глазами горит компьютер, а еще ребенок что-то чертит или записывает в LCD-блокнот. Заодно еще сидит в чате и разговаривает с «Алисой».
То ли это ожившие миры братьев Стругацких перед нами, где описывался хомо сапиенс нового вида, «человек играющий». То ли сбывшийся кошмар цифрового луддита-диссидента. Но как бы то ни было, это некая данность. Дети в своем большинстве не знают, кто такие Черчилль или генерал Скобелев, не скажут с налету, из какого произведения и какого автора взялись князь Болконский, Манилов или Смердяков. Но они одним движением большого пальца установят приложение, программку напишут. Найдут в Сети любую информацию или набьют текст в разы быстрее, чем их эрудированные предки. Да и не станут сами ничего писать — поручат ИИ…
Сегодня даже самого талантливого преподавания истории мало. А в школах «уже вчера» должны стоять компьютерные игры-квесты «По следам опричников Ивана Грозного», или дополненная реальность «Путями Суворова» с очками и шлемами должны быть, где самому можно примерить образ «братца-солдатика» и взять Измаил, или перелезть через Альпы, созданные, конечно, на отечественном ПО…
Вот тогда и можно реальные знания по истории на экзамене спрашивать. Нет другого подхода к «человеку играющему» — только учебные пособия или методики «на его языке».
Учителя, исследования по всему миру твердят об одном: свободно говорящих, читающих детей все меньше, их в каждом классе по 5–10%. А раньше таких детей «прекрасной нормы» было 15–25%. И это не школьники испортились, это мы не умеем их учить, не понимаем, как доносить информацию.
Возможно, для развития практики «говорения» стоит устраивать коллоквиумы, где каждый будет высказывать свое мнение. Подростки такое любят. Или устраивать защиту какого-то устоявшегося мнения об историческом событии. Искусство аргументации и спорной риторики. Или перенимать манеру «говорения» у кого-то, кто для подростков выглядит крутым и значимым: актер, блогер, другая знаменитость.
Но если просто к существующему устному собеседованию, которое показывает отрицательную динамику в оценках, навесить устную историю… Не особенно понятно, о какой именно разгрузке ОГЭ ведется речь.
Практика показывает, что к устному собеседованию пятнадцатилетки готовятся «сильно заранее». Вместе с учителями, родителями, некоторые даже с репетиторами. А впереди у них основные ОГЭ, русский и математика…. «Устный экзамен по истории перед основным» может эту шаткую конструкцию не просто перегрузить — снести. Сломать узкий мостик, с трудом наведенный для передачи аудиоинформации. Если трижды не удается сдать один или два устных допуска, ребенок на ОГЭ не попадает. И остается без аттестата, возможности поступления «без ОГЭ» на бюджетные места. Да и на платные вряд ли поступит. Любопытно, привьет ли такая умозрительная ситуация хоть кому-то любовь к истории.
Источник: www.mk.ru
